«Высокие суждения у дворцовых ворот» 青瑣高議 Лю Фу (劉斧 ок. 1020?—после 1100)
ЗАПИСКИ О СТРАННОМ СНЕ.
ЦЗИН СЯН ТОЛКУЕТ СОН ЧЖУ ВЭНЯ
Гао-цзу из рода Чжу (детское имя Вэнь, потом Цюань-чжун) за заслуги был пожалован по-стом генерал-губернатора, а также сделался правителем четырех волостей .
Однажды Чжу плыл по Бяньхэ. Ярко горели свечи. Чжу лег было спать, как вдруг, будто бесом одержимый, заговорил очень злобным голосом, никого кругом не замечая. Свита подхватила его — и тут Чжу очнулся. Присутствующие тревожно вздыхали.
— Почему вы вдруг стали бредить? — спросил слуга.
— То, что я только что видел во сне, настолько поразительно, что и не высказать до конца! — ответил Чжу.
Он сел, а потом позвал к себе Цзин Сяна. Вот что ему рассказал:
— Во сне я, будто в обычные дни, поднялся в зал и сел, опершись на столик, начал решать дела. Тут вошел человек в парчовом халате и при золотом поясе. «Местный чиновник пришел приветствовать вас!» — доложил он. Вскоре появился человек в золотой шапке с изумрудными лентами, в красной одежде и зеленых сандалиях. Он остановился во дворе. Чиновник в шелковом халате возвысил голос: «Глава духов-покровителей земель и городов Поднебесной Чжоу Хоу-дэ явился с поклоном к Совершенному человеку!» Оба они поклонились мне в пояс и ушли. А через мгновение появился буддийский монах с ослом на поводу. «Я, бедный монах, специально пришел к вам, господин правитель, за подаянием!» — молвил монах, поднялся в зал и уселся напротив меня. Даже во сне я подумал про себя: «Уже теперь я генерал-губернатор и знатен! Мне подвластны обширные земли, под моим началом сто пятьдесят тысяч отважных воинов, а какой-то монах смеет вот так запросто обращаться ко мне?!» И я сказал монаху: «Как ты смеешь столь нагло со мною обращаться?!» «Да разве подвластно вам то, что сейчас с вами происходит? — спросил тогда монах, встал и потянул меня за одежду. — Сейчас же пойдемте!» Я страшно разозлился и хотел было приказать схватить монаха, но тот стащил меня вниз по ступеням. «Ну, раз так, тогда надо распорядиться подать лошадей, и поедем!» — решил я. Но монах отвечал: «Не надо! У меня есть на чем ехать!» Тут монах подхватил меня в охапку, а сам уселся на осла. Осел был очень худосочный, он поскакал, кажется, на юг, и несся очень быстро. Вскоре мы достигли террасы, очень величественной, и въехали на нее прямо на осле. Монах сказал: «Прошу вас, господин правитель, садиться, а бедный монах еще сходит за подаянием, чтобы было что поесть». Я с неохотой позволил монаху уйти, и он так и не вернулся. Вдруг со всех сторон появились обезьяны — больше сотни! — они взобрались на террасу, стали теребить меня за одежду и прижиматься ко мне. Я пришел в гнев и стал со всей силы их бить. Разгорелась драка, я приходил все в большую ярость и размахивал кулаками все сильнее. Тут рукой я ударился о землю, громко вскрикнул — и сам не почувствовал, как очнулся! Я ощупал плечо, руку и нашел, что они целы, и огляделся по сторонам. Дождался рассвета и позвал вас, чтобы вы разъяснили мне сон. Наверняка это несчастливое предзнаменование! Отправляясь с войсками в поход, я теперь всегда буду избегать встречи с монахами, а вот я ездил на осле и ударился рукой о землю — и вовсе нехорошая вещь! Что вы скажете?
Сян почтительно наклонил голову, подумал немного, затем поднялся и, поклонившись, произнес:
— Это знак большой удачи! Духи уже дали вам знать! Примите и мои поздравления!
— Но почему вы так говорите? — спросил тогда Гао-цзу. — Пожалуйста, скорее объясните, просветите меня!
— Чиновник возвращается на родину, одетый в парчу, — это высшая слава. Спустившись из зала, чиновник все еще одет в парчу — неясно, что сказать о вашей знатности, господин, а вот то, что к вам на поклон пришел глава духов-покровителей земель и городов Поднебесной, указывает, что вы станете управлять Поднебесной вместе с ним; монах — это благовещий предвестник, и то, что он взял вас в охапку и повез на осле означает восхождение на трон, а то, что вы поехали к террасе на юг — это император в высоком зале лицом к югу! Прибежавшие обезьяны означают, что владетельные дома Поднебесной непременно будут сражаться с вами, а то, что вы деретесь и ударяетесь, означает, что вы один и будете управлять Поднебесной!
Поднявшись, Гао-цзу торжественно сказал Сяну:
— Если случится все так, как вы говорите, я не посмею забыть вас и сделаю вас, бедного книжника, своим первым советником!
И с того времени Гао-цзу затаил желание захватить высшую власть и на другой уже день он вынудил танского императора Чжао-цзуна перенести столицу — а в конце концов совершил злодейство сродни произошедшему во дворце Ванъигун. Печально!
Примеч. Гао-цзу — Речь идет об основателе царства Позднее Лян, чье храмовое имя было Тай-цзу, а не Гао-цзу, а Вэнь было его взрослым именем. Цзин Сян (敬翔 ?—923) — советник позднелянского Тай-цзу. Ванъигун. — Там был убит второй циньский император Эрши-хуан (秦二世皇 на троне 210—207 до н. э.); то же произошло с танским Чжао-цзуном: в 904 г. он бы убит по приказу позднелянского Тай-цзу.