Четыре драгоценности 321

Автор: | 30 ноября, 2025

«Записи И-цзяня» 夷堅志 Хун Мая (洪邁 1123—1202)

КАК ГО ЛУНЬ ЛЮБОВАЛСЯ ФОНАРЯМИ

Столичный житель Го Лунь в вечер пятнадцатого дня первой луны повел семью полюбоваться фонарями.
Когда они собрались домой, начал спускаться вечер. В узком переулке они натолкнулись на десяток развязанных юнцов, которые шли навстречу плечо к плечу, распевая песни, хохоча во все горло и пристально приглядываясь, к кому бы прицепиться, чтобы поиздеваться. Лунь один справиться с ними не сумел бы — положение было отчаянное.
Вдруг появился даос в темной одежде и в головном платке, завязанным большим узлом, и стал стыдить эту шайку:
— Человек с родными возвращается домой, почему вы ведете себя так беспардонно?
— Мы развлекаемся! — со злостью отвеча-ли ему. — Забыли спросить разрешения у помешанн-го даоса!
И с гоготом на него накинулись.
Воспользовавшись случаем, домашние Луня ускользнули прочь, но он сам остался.
Даос изменился в лице.
— Так вы и вправду решили учинить безобразие? — воскликнул он. — Сейчас я вас проучу!
Он замахал руками, стал лупить туда и сюда, будто малых детей шлепал — момент, и все безобразники вопили, поверженные наземь, а потом обратились в бегство, поддерживая друг друга.
Даос неспешно пошел прочь, но Лунь догнал его, стал кланяться, благодарить:
— Наставник, я не имею чести знать вас, но вы столь милостиво пришли нам на помощь, отвели от моей жены и детей большую беду. Воистину вы необычный человек, наставник! Я не в состоянии высказать вам свою признательность! Мечтаю отблагодарить за добро. Позвольте спросить, чего вы бы пожелали?
— Дело не в вас. Просто я по сути своей не могу смириться, коли вдруг вижу нестроение, — отвечал даос. — А желания… В бренном мире у меня не осталось желаний, какая уж тут благодарность! Разве напиться пьяным — и довольно будет.
Лунь обрадовался и пригласил его домой, где от души напоил вином.
Даос стал прощаться.
— Кто же вы, наставник? — спросил его Лунь.
— Я — меченосец, защитник справедливости, — отвечал тот. — Я не из этого мира.
Поставил чашу, отвесил низкий поклон, вышел за ворота, сделал несколько шагов — в ушах у Луня зазвенело: это наземь упал меч, даос ступил на него и вознесся ввысь.