«Высокие суждения у дворцовых ворот» 青瑣高議 Лю Фу (劉斧 ок. 1020?—после 1100)
ЗАПИСКИ О ГУН ЦЮ.
ГУН ЦЮ КРАДЕТ ЦЕННОСТИ И УМИРАЕТ ОТ НЕДУГА
Гун Цю был родом из столицы. Отец его получил чиновничий пост на юге, за пределами хребта, но заразился лихорадкой и умер, потому Цю долго носился, как говорится, по воле волн и скитался по югу.
В годы под девизом правления Чжи-пин Цю наконец вернулся в столицу. Он носил грубую одежду, страдал от холода, и ему совершенно не на кого было опереться. Нищенствуя, коротал Цю свои дни.
Однажды — время близилось к закату — один из родственников Цю по материнской линии встретил его на дороге, пожалел, подарил десять тысяч монет, помог одеждой и утварью. И Цю стал жить не нуждаясь.
А тут как раз настал праздник фонарей, запылали огни светильников, заскрипели телеги, загрохотали барабаны. Цю праздно шагал следом за повозкой, крытой темным войлоком. В повозке сидела женщина. Вдруг она вышла и поспешно куда-то направилась, держа руках синий кошель. Цю последовал за нею, и они оказались в уединенном месте.
— Я служанка из дома императорского попечителя Ли. Срок, на который я себя продала, уже истек, но Ли не хочет меня отпускать. Поэтому я сегодня вечером улучила момент и попросту убежала. И если вы позволите мне войти в ваш дом, то я хотела бы стать вашей наложницей! — предложила Цю женщина.
Цю обрадовался и согласился. Взял ее за руку, женщина подала Цю свой синий кошель, и дальше они пошли уже вместе. Цю же придумал план, как ее одурачить. Он наугад указал на какой-то переулок и сказал спутнице:
— Там рынок, и на рынке мой дом. Ты посиди здесь, у входа в переулок, я же пойду предупредить домашних, а потом вернусь и тебя позову!
Женщина и не подозревала, что помыслы Цю полны коварства.
Цю, прихватив кошель, вошел в переулок, а вышел совсем в другом месте. Украдкой заглянул он в кошелек, а там — сплошь драгоценные жемчужины! Не смея троговать ими в столице, Цю уехал подальше и, продав одну жемчужину, получил тысячу связок монет. Путешествуя с бродячими торговцами, Цю день ото дня богател все больше и больше. Он женился и взял служанку.
Однажды вечером Цю причалил к берегу в Чучжоу у дамбы Бэйшэнь. Светила прекрасная яркая луна, и Цю с домашними сел в лодке пировать. Вдруг появилась маленькая лодочка — причалила рядом с лодкой Цю. Цю окликнул, не рыбаки ли, потом вгляделся: а в лодке женщина. Лицо ее Цю вроде когда-то видел, но где — никак не мог вспомнить.
— Я побывала на краю небес, во всех уголках земли, опустилась к девяти источникам — и нигде не могла найти вас, а вы вот где! — сказала женщина.
«Чего это она меня искала и зачем нашла?» — подумал Цю, а женщина продолжала:
— Я та наложница, которая некогда бежала из повозки. Вы скрылись с моим кошелем, а я до самого вечера сидела и ждала вас! А потом меня забрали служители рынка. В доме хозяина обо всем узнали и подали жалобу в присутствие. Чиновники стали расследовать, где жемчуг, что лежал в синем кошеле, а я не знала, что и сказать. Меня заковали в колодки, били плетьми и батогами с утра до вечера так, что мясо летело клочьями, а руки и ноги висели как плети! Не выдержав страданий, я в конце концов испустила дух в тюрьме. Обо всем я доложила в загробном судилище, а сегодня явилась, чтоб вы держали ответ!
— Может, ты отпустишь меня? — попросил Цю.
— Когда я вспоминаю о страданиях в тюрьме, то готова от ненависти разрубить вас на десять тысяч кусков! — яростно отвечала ему женщина.
Цю стал упрашивать ее смягчиться на разные лады, но женщина в гневе поднялась на лодку и плюнула в Цю. Домашние в испуге вскрикнули, женщина же исчезла. Цю свалился ничком, словно пьяный, а в середине ночи вдруг очнулся и сказал жене:
— Ах, как же могут люди совершать некрасивые поступки, ведь загробное возмездие так очевидно! Чиновник приволок меня в загробное судилище, и я увидел владыку, сидевшего в огромном зале. Он был одет в пурпурные одежды и просматривал дела. «Как мог ты укрась жемчужины у женщины по фамилии Ван? — грозно вопросил владыка. — Ты сейчас же должен признать свою вину!» И он кликнул чиновника: «Срок жизни Цю уже закончился, но поскольку госпожа Ван претерпела из-за него жестокие муки, ему необходимо за них ответить. Приказываю вернуть его в мир людей, пусть понесет кару за страдания!» И владыка приказал чиновнику отвести меня обратно…
И вот все туловище Цю покрылось нарывами, мало-помалу нарывы покрыли и руки и ноги. Кровавая жижа из нарывов залила тюфяки и циновки. Был разгар лета — и вонь сделалась такая, что приблизиться было нельзя! Жена и служанка чурались Цю, муки его были нестерпимы, день и ночь Цю кричал. Наконец руки и ноги у него обвисли как плети, и Цю умер.
Суждение мое таково: нельзя наносить подобную обиду человеку — ведь вот каково загробное возмездие! Прочитавшие должны остерегаться вести себя так!
Примеч. За пределами хребта — то есть на юге Китая, традиционно считавшегося гиблым местом с нездоровым климатом. Девять источников — загробное царство мертвых.